Галгай – строители и всадники

О недавних – трагических и далеких – героических станицах ингушской истории снимает фильмы ростовский кинодокументалист Сергей Слепцов.

А свадеб долго не играли

- Cергей, откуда у Вас такой интерес к Ингушетии?

- А это – удивительное место. Каждый, кто приезжает туда впервые, говорит, что в Ингушетию нельзя не влюбиться. Правда, я попал в республику в те дни, когда она переживала настоящий кошмар. Представьте: 92-й год, осетино-ингушский конфликт, в Назрани – 40 тысяч беженцев из Пригородного района. Каждый день оттуда привозят трупы.

Ситуация могла окончательно выйти из-под контроля, но в отличие от первой чеченской войны объявляется зона чрезвычайного положения. И вот в это время я был откомандирован в республику с простенькой задачей: создать национальное телевидение Ингушетии, поскольку ингушская государственность образовывалась заново. Мне было отпущено на это 45 суток.

Наверно, ингушам непросто выговорить мое имя. Они стали называть меня на свой лад - Сипсо Сипсоев.

Людей во временной администрации не хватало, и, отработав в эфире, я принимал участие в очень интересных рейдах. Мы выезжали ночью на чеченскую сторону (Чечня уже была отгорожена своеобразной границей: врыты танки, поставлены блокпосты). на эти блокпосты пробирались терские казаки со своим добром, и мы их оттуда увозили. При этом ни в коем случае нельзя было допустить боевых столкновений.

Потом я приезжал в Ингушетию еще несколько раз, и однажды мне в руки попала брошюрка об истории ингушского телевидения. Ни своего имени, ни имен моих тогдашних коллег я в ней не нашел. Ну что ж, забыли – так забыли…

И вдруг этой весной – приглашение от нового президента республики Мурата Зязикова, который извиняется за забывчивость своего предшественника и говорит, что мне присвоено звание заслуженного деятеля культуры республики Ингушетия.

- награда нашла героя…

- Именно так мы с женой и решили… Но приближалась годовщина варварской атаки боевиков Басаева на Назрань в ночь с 21 на 22 июня. Мурат Зязиков, не только генерал, но и историк, предложил мне снять фильм в память о жертвах этой трагедии.

Среди боевиков были не только чеченцы: в рядах милиционеров нашлись предатели, которые сообщили бандитам адреса, телефоны товарищей по службе. Боевики их вызванивали и расстреливали. Стреляли и просто в прохожих. За ту ночь погибли 88 человек. Более 500 детей лишились отцов.

Фильм называется: «22 июня: Ингушетия, год спустя».

- А потом Зязиков предложил Вам снять фильм о том, что прошли в республике времена, когда ингушские свадьбы были тихи, как при трауре, а русские, как говорит одна из ваших героинь, и вовсе не игрались?

- Эту идею предложил я, а в президентской администрации ее с удовольствием подхватили.

- Лента «Возвращайтесь, земляки» - явно агитационная.

- Я этого не стесняюсь совершенно. Более того: я горжусь тем, что после показа этого фильма почти всеми студиями Южного федерального округа поток писем от казаков, желающих вернуться в Ингушетию, резко увеличился.

- Один из самых трогательных и выразительных, на мой взгляд, эпизодов фильма, это когда пожилая женщина - ну с такой же простецкой славянской внешностью! - говорит, что не приживается в кубанской станице. Мучит душу тоска по горам.

Вы уверены, что такие скитальцы, вернувшись в Ингушетию, снова обретут крышу над головой?

- Всех обеспечивают и жильем, и работой.

Ингушетия меняется, ростки социального и экономического развития очевидны. Начали возвращаться казаки - и в этом году посевами зерна занято уже около восьми тысяч гектаров, - это хорошо для тамошних мест, потому что посевных площадей небогато в предгорьях.

Республика купила стадо коров особой породы, приспособленной к особенностям ингушского климата, и с недавних пор нет необходимости завозить в Ингушетию мол-продукты: хватает своих.

А этим летом в Ингушетии заработали два новых завода.

- По выпуску минеральной воды?

- Один производит телевизионные антенны, второй – электродвигатели.

Северный Кавказ – моя родина. Я там родился. В последние годы сюжеты привозил оттуда все больше безрадостные, а то и просто страшные: война, предчувствие войны… Но когда я увидел, что Ингушетия с приходом нового лидера шаг за шагом продвигается в сторону стабильности, цивилизованности и экономического благополучия, я решил, что мой долг об этом рассказать. Вот и вся агитация.

"С братским приветом. Царь"

- Сергей, Ваш третий фильм - «Всадники» - об ингушском полке Дикой дивизии. Для современной ингушской молодежи это – прошлое, поросшее травой забвения?

- нет в Ингушетии семьи, чьи предки не воевали бы в российской армии. Любой пацаненок напоет вам песенку всадников ингушского полка.

- Название дивизии - «Дикая» - не кажется горцам обидным?

- Что вы?! Там такая удивительная история…

Горцев Кавказа на действительную воинскую службу не призывали, но с началом первой мировой войны из них было создано иррегулярное войско - то есть добровольческое.

В Дикую дивизию входили несколько кавказских полков, казачья донская артиллерийская батарея, балтийские матросы (они были пулеметчиками), а также осетинская пехотная бригада, в которой служил мой дед.

Сначала Дикая дивизия называлась по-другому - Конная Кавказская туземная, а командовать ею поставили Великого князя Михаила Романова.

В отношении Великого князя Михаила это было проявлением высочайшей немилости: всего лишь добровольцы под началом… Дело в том, что Великий князь Михаил совершил неприличный для человека его статуса поступок: отбил жену у сослуживца. Путь к престолу в результате этого скандального мезальянса ему был заказан. А Михаил Романов не больно и переживал. Он был любимым мужем, любимым командиром - кавказцы безумно гордились тем, что ими командует брат самого царя. А о подвигах Дикой дивизии скоро заговорила вся страна.

- И все-таки, почему она Дикая?

- Главнокомандующим в ту пору был дядя императора – Великий князь Николай Николаевич. Когда он прибыл на смотр этой дивизии, зрелище горцев с их черкесами, папахами, кинжалами до того его потрясло, что он сказал племяннику примерно следующее:

- Дивизия у тебя пока еще дикая. Но с немцем, я думаю, управятся.

За всю историю Дикой дивизии в ней не было ни одного дезертира, ее воины не бросали на поле боя раненых и убитых и никогда не попадали в плен.

Однажды (это было летом 1915 г.) ингушский полк Дикой дивизии, которым командовал мингрельский князь Георгий Мерчули, получил задание прощупать тылы противника и нарвался на Железную дивизию кайзера.

У ингушей – около пятисот сабель, в Железной дивизии – около семи тысяч бойцов плюс артиллерия… И что же?

Ингуши бросаются в лобовую атаку, и за полтора часа от Железной дивизии остаются рожки да ножки.

На следующий день терский губернатор получил телеграмму. В ней царь от своего имени, от имени всего своего Двора выражал восхищение подвигом «храбрых орлов Кавказа» и желал, чтобы об этом знали их матери и отцы. Текст заканчивался словами: «С братским приветом. Николай II».

А потом наступил 17-й год, и ингушский полк сняли с фронта и направили в Петроград для проведения полицейских, по сути, операций. Но стрелять в забастовщиков и демонстрантов ингуши отказались. Не воинское дело!

- Получается, что у них были заслуги и перед революцией?

- О, там потом был еще трагический эпизод у села Далаково, когда ингуши и терские казаки стали заслоном на пути Антона Ивановича Деникина, прорывавшегося с войском к Владикавказу…

- Но в 44-м году о былых доблестях ингушей уже не вспоминали?

- Это вообще довольно непонятная ситуация. Если бы ингуши так же отчаянно верой и правдой служили Гитлеру, как когда-то русскому царю, обязательно были бы представленные к немецким наградам. Вермахт отличившихся кавказцев поощрял и никогда не скрывал эту информацию. Но в отношении ингушей ее нет… Нет даже информации о том, что хоть кто-то из ингушей состоял на службе вермахта.

Были дикие случаи, когда ингушей, сражавшихся в Советской армии, отзывали с фронта, чтобы отправить в ссылку в Казахстан.

Но – пережили и это.

Сами себя ингуши ингушами не называют. Это слово русское, происходит от названия реки, у которой 235 лет назад было провозглашено о воле ингушского народа войти в состав народов Российской империи. А сами себя ингуши называют галгай. В дословном переводе с вайнахского это означает «строитель».

Для каждого ингуша его дом – это святыня. Когда в середине 50-х ингуши возвратились на родину, они за любую цену пытались выкупить свои дома. А нет – строили новые, рядом с прежним родовым гнездом.

Их предки оставили в память о себе башенные комплексы, аналогов которым в мире нет. Ингушских мастеров часто приглашали и в Осетию, и в Грузию, и в Чечню, поэтому мотивы ингушской народной архитектуры прослеживаются по всему Кавказу.

Следующий фильм будет об этом.

Фото: Исторический альманах ''Лабиринт времен''
Всадники Дикой дивизии на отдыхе. 1916 г.