Осталось великое имя: Шолох

ШЕЛ И ОХАЛ
    - Откуда такая на Руси фамилия – Шолохов? Очень просто: шел человек и охал! Шел и охал – вот и Шолохов… А вообще-то было такое древнее имя Шолох.

КРАТКО, НО ТОЧНО
    - Шолоховоеды. – Так называл он критиков, которые были в оценках его творчества неправедны.
    - Главвред. – Так обозвал меня, когда я пребывал главным редактором издательства.

ОСОБЫЙ ПОКЛОН КОРОЛЮ
    Когда он вернулся из Швеции в звании Нобелевского лауреата, я рассказал ем, что прочитал в вестнике ТАСС перевод заметки с заголовком «Казаки не кланялись даже царям»: Шолохов-де нарушил традицию в минуту вручения премии и не поклонился королю Швеции.

    Он: «Есть у меня эта газета… Тут что сказать? Что качается поклонов вообще, так это точно правда. Казаки редко кланялись кому-либо». Продолжил, но с такой лукавинкой, что подумалось – сознательно переиначил церемонию, а не придраться:

    - Мне протокол ни к чему было нарушать. Я ничего такого не замышлял… У меня… просто, наверное, другого выхода не было. Король в росте на голову меня превосходил. Ему кланяться можно… А мне как? Мне несподручно. Мне пришлось вместо поклона голову подымать.

О СТАЛИНЕ И О СЕБЕ
    - Остановили в журнале «Октябрь» очередную книгу романа «Тихий Дон». Испугались. Что делать? Я туда, я сюда – помощи ни от кого. Серафимович уже не редактор. Я к Горькому – передал ему рукопись. Через какое-то время – звонок: «Приходи тогда-то. Сталин будет. Вот в чьих руках твоя судьба. Разговор будет за обедом». Я очень опасался, что Сталину не понравятся выведенные мною персонажи, повинные в политике «расказачивания». Это с расказачивания началось восстание…

    Ну приходим к Горькому… Сидим. Горький все больше молчал, курил да жег спички над пепельницей. Кучу целую за разговор нажег… Сталин задал мне вопрос: «Почему так смягченно описан генерал Корнилов?». Я ответил, что образ и поступки Корнилова вывел без смягчений, но действительно некоторое изобразил в соответствии с пониманием этого человека, воспитанного на офицерском кодексе чести и храброго на германской войне – он бежал из плена, он субъективно любил родину… Сталин воскликнул: «Как это – чести?! Он же против народа пошел! Лес виселиц и море крови!» Должен сказать, что эта обнаженная правда убедила меня. Я потом отредактировал рукопись.

    Сталин новый вопрос задал: «Где взял факт о перегибах Донбюро РКП(б) и реввоенсовета Южфронта?» (Вот она – тема рассказачивания – В.О.).

    Я ответил, что роман описывает произвол документально – по материалам архивов. Но историки, сказал, эти материалы обходят и гражданскую войну показывают не по правде жизни.

    В конце встречи Сталин произнес: «Некоторым кажется, что роман доставит много удовольствия врагам белогвардейцам, которые эмигрировали». И спросим меня и Горького: «Что Вы об этом скажите?». Горький ответил: Они даже хорошее, положительное, могут извращать, чтобы повернуть против советской власти». Я тоже ответил: «Да, согласен. Изображение хода событий в третьей книге «Тихого Дона» работает на нас, на революцию». И пообещал, что роман будет печататься…»

    Однако Шолохов далеко не все изложил. Сталин конечно же, отлично знал, что роман выписан так правдиво, что не отвечал никаким канонам соцреализма. Потому-то, несмотря на обещание, роман корежили политкупюрами и подвергали политиканской критике как в печати, так и в недрах ЦК.

ОТВЕТ НЕ ТОЛЬКО ЧИТАТЕЛЮ
    Шолохов вспомнил, что во время войны получил письмо. Читаю, мол, писал Михаилу Александровичу его читатель, да все жду счастливого для Мелехова конца. Он мне: А разве надо было писать так, «со счастием»?

    И вспомнилось мне, как требовали и Cталин, и бонзы из журналов делать Григория переставшим «блукать» и даже членом партии.

Я НЕ СВАДЕБНЫЙ ГЕНЕРАЛ
    Звоню в Вешки и прошу Шолохова написать приветствие какому-то комсомольскому деянию…

    - Не проси… Найди других, Я… не свадебный генерал!

«ВЫ» И «ТЫ»
    - Надо быть самостоятельным во взглядах. Пойдешь в зятья, кошку на «вы» называть будешь.

КАК БЫЛО НА САМОМ ДЕЛЕ
    Передаю Шолохову привет от одного ветерана-кавалериста и рассказываю что-то из воспоминаний, как повидались они на фронте. В ответ:

    - Нет, шашку мне не вручали. Врет. Они мне заменили в петличке эмблему. У меня была эмблемка с мишенью и скрещенными винтовками: пехота. А они предложили поменять на кавалерийские. С сабельками. Но это определяется по приказу, а не просто так. Я отказался. Так два здоровых… два дюжих молодца держали мне руки и свинтили старые. Потом подаренные – кавалерийские – бросили в стакан с водкой и предложили выпить, обмыть, значит… Было это под Москвой. В корпусе генерала Доватора. Правда, его уже убили. Командиром стал другой.

О ПОГОДЕ
    Свидание в больнице. Явно соскучившись по воле Шолохов спросил: «Как погода?» Потом вдруг:

    - Мне сегодня звонили – в Вешенской ночью было двадцать пять мороза! Но снега мало. У нас еще поля хоть как-то прикрыло, а у соседей поля голые. Озимые могут померзнуть.

БОРЦЫ ЗА МИР
    - NN и NN не повстречал? Они тоже на этом этаже, - продолжил Шолохов свое больничное общение, отчего-то вдруг вспомнив двух ревностных деятелей из Комитета защиты мира, что тоже здесь пребывали. Фамилии, ясное дело, были названы. Плутовски улубнулся:

    - До тех пор будут бороться за мир во всем мире, пока останутся на земле одни камни.

БЕЗ ПРИВИЛЕГИЙ
(из беседы с молодыми писателями)
    - Мне кажется, что нам, писателям, независимо от ранга нельзя ставить себя в особое положение. Мы не привилегированные… Тут заговорили о праве на ошибку. Можно ошибиться колхозному бригадиру. Его председатель поправит. Можно ошибиться даже хирургу. Пострадает один человек. А вот писатель, ошибающийся в своем напечатанном произведении, заставит ошибиться тысячи читателей. Вот в чем опасность нашей профессии! Свобода духа, свобода творчества – это хорошо, с одной стороны. Но ради Бога, давайте аккуратнее на счет ошибок…

    Каждого из нас читает, если не «глобальный читатель», как кто-то здесь выразился, то определенно тысячи внимательных и придирчивых читателей. И есть мятущиеся духом не только в среде писателей. И ошибка, тем паче серьезная, даже ошибка выстраданная, в какой-то мере оправдана для отдельного индивидуума, повлечет за собой тысячи ошибок в тысячи судеб, в тысячах мировоззрений других людей… Надо осторожнее, как говорится, на поворотах, и порой стоит «придавать» свой мятущийся дух, чтобы не навредить другим. Конечно, от ошибок никто не застрахован. Но и выговаривать себе заранее право на ошибку, как кто-то говорил, не годится…

НА ПОЛНУЮ БЫ КАТУШКУ
    - Познание, изучение жизни, накопление жизненного багажа шло само по себе с самых молодых лет. Это потому, что нам, молодым, все или почти все приходилось «пощупать» своими руками… Я вовсе не к тому, чтобы укорять молодых. Но у них, пойми, годы уходят на школы, институты. Только после этого прикасаются к серьезной, самостоятельной жизни… Хотя, скажу, дерзают все-таки не на полную катушку! Писать умеют, кое-кто о пустяках пишет…

ДЕД ПРИ ДЕЛЕ
    - Приехал в хутор Гороховский, смотрю – у куреня на завалинке дед. Дре-е-мучий. Сидит и перебирает фасоль: как увидит кто мимо, так если на машине, фасольку в одну сторону, кто пеший – фасольку в другую кучку…

НАШЕЛ СЛОВО
    Узнаю, что назавтра 60-летие свадьбы. Жена и дочери заспорили – как ее поименовать: золотая ли, бриллиантовая? Младшая определила безо всяких красивостей: «Стальная».

    - Из нержавеющей! – Без промедления уточнил он с присущей ему лукавинкой.

ВСЯКИЙ ЗВЕРЬ КРАСИВ
    Здесь же. Узнал от меня, что скульптор Сергей Коненков плохо отозвался о его увлеченности охотой. Откликнулся, но только через полгода, в последней для него больнице – до смерти оставалось два месяца с небольшим. По изнурению всего-то три фразы смог произнести, но какие!

    - С годами все меняется… У нас в районе этой зимой последнюю волчицу убили… Всякий зверь красив.

  
    Наверное читатель разделит мое давнее огорчение. Не нашелся для М.А. Шолохова такого волонтера-жизнеописателя, каким стал у Толстого Душан Маковицкий. Напомню: этот самоотверженный словак прожил несколько лет в Ясной Поляне и оставил четыре огромных тома каждодневных записей едва ли не каждого высказывания Льва Толстого.

Автор статьи: Валентин Осипов
Фото анонса с сайта телеканала «Культура»
Фото статьи с сайта радио "Культура"